Военные новости армии России и

Описание 404 - caravan. Умные телекоммуникации

торт из йогурта для ребенка с сахарным диабетом рецепт с фото
Броня крепка, и танки – наши Броня крепка, и танки – наши

Эти слова могли бы стать эпиграфом к 85-летней биографии Главного автобронетанкового управления Министерства обороны Российской Федерации   Об истории главка, его вкладе в укрепление оборонного могущества страны и некоторых проблемах, связанных с оснащением Вооружённых Сил техникой и оружием в современных условиях, в беседе с нашим корреспондентом размышляет бывший начальник ГАБТУ Минобороны РФ генерал-полковник в отставке Сергей МАЕВ. Для начала – несколько слов о самом собеседнике. Сергей Александрович Маев родился 3 июля 1944 года в рабочем посёлке 21 Октября Граховского района Удмуртской АССР. В Вооружённых Силах с 1961 года. Окончил Омское танко-техническое училище, инженерный факультет и факультет руководящего инженерного состава Военной академии бронетанковых войск, Военную академию Генерального штаба. За время службы в войсках прошёл путь от заместителя командира танковой роты по технической части до заместителя главнокомандующего Сухопутными войсками по вооружению. Два года был начальником вооружения 40-й армии в Афганистане. В течение восьми лет (1996 – 2004 гг.) руководил Главным автобронетанковым управлением Министерства обороны Российской Федерации. После увольнения в запас возглавлял Федеральную службу по оборонному заказу. Сергей Александрович – кандидат технических наук. Его вклад в укрепление потенциала оборонной промышленности страны отмечен многими наградами, он лауреат премии Правительства Российской Федерации, почётный гражданин Удмуртской Республики. И сегодня, являясь председателем Центрального совета ДОСААФ России, генерал-полковник в отставке Маев продолжает активно трудиться в интересах оборонного ведомства. - Сергей Александрович, судя по руководящим документам, Главное автобронетанковое управление и ныне является одним из важнейших элементов в системе материально-технического обеспечения Вооружённых Сил. А с чего всё начиналось 85 лет назад?- История вкратце такова. В 1929 году перед Советским правительством встал вопрос о технической реконструкции Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Была создана специальная комиссия, которая пришла к выводу о необходимости организации особого управления Народного комиссариата по военным и морским делам, ведающего всеми вопросами, связанными с решением этой непростой задачи. В соответствии с постановлением Реввоенсовета СССР от 3 ноября 1929 года на базе автомобильного отдела Военно-технического управления, отдела механической тяги Артиллерийского управления и Инспекции броневых сил формируется Управление механизации и моторизации РККА. Начальник управления являлся одновременно начальником механизированных войск и подчинялся непосредственно наркому по военным и морским делам. Приказом Реввоенсовета № 367/82 от 22 ноября 1929 года, которым вводилось в действие положение об управлении, на него было возложено руководство формированием, мобилизацией, боевой и технической подготовкой, обучением и службой механизированных войск, а также всеми вопросами моторизации частей и транспорта РККА, их специальным снабжением и обучением личного состава. С этого времени и ведёт свою историю Главное автобронетанковое управление.- Насколько известно, впервые такое название управление получило в 1940 году...- И до этого, и после его название и структура не раз претерпевали изменения. Так, в ноябре 1929 года командарм 1-го ранга Иннокентий Андреевич Халепский принимал под своё начало Управление механизации и моторизации РККА, а в 1934-м оно уже именовалось Автобронетанковым управлением, в 1940-м - Главным автобронетанковым. В декабре 1942 года ГАБТУ реорганизуется в два главка: Главное управление формирования и боевой подготовки бронетанковых и механизированных войск и Главное бронетанковое управление. Потом было создано Главное автомобильное управление, которое последовательно преобразуется в Управление начальника бронетанковых войск, Управление начальника танковых войск, Главное бронетанковое управление и так далее. Нынешнее своё название управление получило в 1995 году, когда его возглавлял мой предшественник генерал-полковник Александр Александрович Галкин. Кстати, именно под его руководством был принят на вооружение ряд новых образцов бронетехники, в том числе танк Т-90, боевая машина пехоты БМП-3, бронетранспортёр БТР-80А.- Среди ваших предшественников - главный маршал бронетанковых войск Бабаджанян, маршалы бронетанковых войск Федоренко, Полубояров, Рыбалко, генерал-полковник Потапов и другие известные танкисты, прошедшие Великую Отечественную. Они и определяли «танковый характер» управления?- Вернее было бы сказать - утверждали и развивали, потому что «танковый характер», как вы выразились, нашему управлению был задан изначально. И каждый из его руководителей, следуя этой установке, внёс свой вклад в отечественное танкостроение. К примеру, упоминавшийся выше первый начальник Управления механизации и моторизации РККА командарм 1 ранга Халепский активно способствовал тому, что в период с 1929 по 1937 год был поставлен на крупносерийное производство первый отечественный танк МС-1. По его заданию создавались танки Т-26, БТ-2, модификации которых в предвоенные годы стали основными танками.О том, какое значение у нас придавалось танкостроению и какую роль в его развитии играл наш главк, свидетельствует и такой факт. Во время Великой Отечественной войны начальник Главного автобронетанкового управления Красной Армии тогда ещё генерал-лейтенант Яков Николаевич Федоренко (с декабря 1942 года он одновременно командовал бронетанковыми и механизированными войсками и в январе 1943-го стал генерал-полковником. - Г.М.) был заместителем Верховного Главнокомандующего. Это способствовало как быстрейшему развёртыванию серийного производства бронетанковой техники, так и совершенствованию способов её применения. Под руководством Федоренко были созданы и поставлены на производство новые образцы самоходных установок. Будучи уже маршалом бронетанковых войск, Яков Николаевич внёс существенный вклад и в структурную перестройку центральных органов управления войсками и службами Вооружённых Сил.Общепризнано, в том числе и военными руководителями фашистской Германии, что за годы войны Советский Союз сумел создать мощные, мобильные бронетанковые силы. Если в 1941-м, как свидетельствуют фронтовики, из-за нехватки новых машин для формировавшихся механизированных корпусов приходилось разукомплектовывать танковые батальоны стрелковых дивизий и танковые полки кавалерийских дивизий, то к 1944 году у нас уже было создано шесть танковых армий, которые, как известно, действовали на острие всех главных ударов советских войск. Именно у нас появилась легендарная тридцатьчетвёрка, признанная лучшим массовым танком Второй мировой войны. В конструкциях танков многих стран мира до сих пор в той или иной мере применяются технические решения, которые использовались при создании Т-34, Т-64, Т-72 и других наших машин.Словом, как бы ни назывался наш главк, бронетанковая составляющая в его деятельности была приоритетной во все времена. При этом главным был принцип: броня крепка, и танки - наши, отечественные. Собственно, из этого исходит ГАБТУ и сегодня. Главное автобронетанковое управление Министерства обороны Российской Федерации по предназначению призвано играть ключевую роль в определении военно-технической политики в области развития, эксплуатации и ремонта бронетанкового вооружения и техники. И в том, скажем, что отечественная промышленность сегодня производит один из лучших в мире танков Т-90, конечно же, есть его заслуга.- Да, судя по тому, какой интерес проявляют к нашим машинам зарубежные ценители бронетехники, свои позиции в танкостроении мы не сдаём. В то же время приходится слышать и такие суждения: мол, танк - пережиток прошлого. Что вы думаете по этому поводу?- Подобные суждения опровергает сама жизнь. Не секрет, что даже во времена, когда на волне эйфории в связи с появлением ракетно-ядерного вооружения наблюдалось чуть ли не презрительное отношение к прочим непричастным к новому виду оружия боевым средствам, наши бронетанковые силы являлись одним из сдерживающих факторов от развязывания агрессии против СССР. Потенциальный противник хорошо знал, каким мощным бронированным кулаком мы обладаем. Да и все вооружённые конфликты последнего времени показывают: какими бы сверхточными ни были средства вооружённой борьбы, главную ударную силу для завоевания территории по-прежнему представляют собой танковые войска. Ничего лучшего пока не придумали. И сколько бы ни говорили сегодня прорицатели разного калибра о бесперспективности и даже «отмирании» этого рода оружия, по сей день, как писал Александр Твардовский, страшен танк, идущий в бой. Более того, как показывает жизнь, существует тенденция роста удельного веса этого вида оружия в составе группировок войск, участвующих в локальных войнах и вооружённых конфликтах. Так что в обозримом будущем появление боевой машины, которая стала бы альтернативой танку, не предвидится.- А какими вам, танкисту со стажем, прошедшему Афганистан, Чечню и другие «горячие точки», видятся танки будущего и тактика их применения?- Безусловно, танки будущего станут не такими, как сейчас. Ведь меняются как характер общевойскового боя, так и средства борьбы с бронетехникой: увеличивается дальность и повышается точность стрельбы противотанковых средств, мощнее становятся боеприпасы, совершенствуются комплексы разведки и наведения по принципу: «выстрелил-забыл». Всё это плюс массированное применение беспилотных разведывательно-ударных комплексов, кассетных боеприпасов артиллерии и авиации требует совершенствования конструкции и вооружения танков, боевых машин пехоты, бронетранспортёров. Они должны быть способны уничтожать средства поражения противника на подлёте, до их прямого воздействия на бронеобъект. В моём понимании танк будущего - это своего рода средство высокоточного оружия на средних дистанциях. Он должен на расстоянии, к примеру, 10 километров увидеть цель, идентифицировать её и, имея соответствующие противотанковые средства, по мере сближения поражать её. Короче говоря, в машине будущего должны быть использованы нетрадиционные средства поражения и защиты.- Судя по вашему описанию, это уже будет не совсем тот танк, каким мы привыкли его видеть...- Это будет другая машина, до максимальной степени роботизированная, но она останется преемником танка. Некоторые танки иностранных государств, допустим немецкий «Леопард-6», уже сейчас имеют очень высокий уровень навигации, компьютеризации. Вот такого рода машины, очевидно, и могут стать предшественниками наших будущих танков.При этом потребуется и качественно новый подход к обеспечению максимально эффективных действий экипажа при оружии в боевой обстановке. С одной стороны, танк должен вписываться в общую систему вооружения, а с другой - сохранять свои индивидуальные качества, чтобы его экипаж мог действовать как индивидуальный боец в течение 24 часов, имея все возможности в любой ситуации поразить противника и сохранить свою жизнь.- В связи с этим, видимо, потребуются изменения и в конструкции каких-то отдельных узлов и механизмов машины?- Думаю, потребуются. Взять, к примеру, механизм заряжания. В принципе он свою задачу выполняет. Но он размещён в центре танка. И если в Т-72 находящиеся в нём 28 снарядов укладываются параллельно днищу, то в Т-80 они стоят перпендикулярно. А толщина бортовой брони всего 60 миллиметров. Получается, что этот маленький склад боеприпасов из 28 снарядов находится в наименее защищённом месте. В Грозном в ночь на 1 января 1995 года боевики как раз и использовали этот момент: с расстояния 100 - 200 метров били из гранатомётов именно по бортам танков. И боеукладка механизма заряжания взрывалась. При этом танки невозможно было даже эвакуировать, потому что днище уходило в землю. Этот горький урок нельзя не учитывать при разработке новых конструкций.Что же касается тактики применения танков, то она будет зависеть от общего характера боевых действий. На мой взгляд, при том наличии противотанковых средств, которые сейчас имеются, надо менять структуру танковых подразделений. Танковая рота в количестве десяти машин - это уже анахронизм. Сейчас и у нас, и в других странах, особенно в Израиле, появилась своего рода композиция из боевых машин поддержки танков. Кто-то улыбнётся: дескать, какая поддержка может быть у танка? Оказывается, очень даже может. Почему у израильтян во время ведения боя, как правило, незначительный выход техники из строя? Потому что у них один танк сопровождается двумя машинами поддержки. Танк поражает цели на дальних рубежах до 10 километров, а машины поддержки - от 100 метров до 2,5 километра решают свои задачи и при этом обеспечивают безопасность танка от поражения противотанковыми средствами, начиная с РПГ и заканчивая вертолётами. Между прочим, работы над такой машиной у нас велись ещё, когда я был начальником ГАБТУ.- Сергей Александрович, вы стали начальником Главного автобронетанкового управления Министерства обороны в тяжелейший период в истории новой России, в условиях глубокого реформирования Вооружённых Сил и самого главка. Что вы считаете главной своей заслугой на этом посту?- До назначения на эту должность я семь лет - с августа 1989 по ноябрь 1996 года - был заместителем главнокомандующего Сухопутными войсками по вооружению. Да и раньше тесно взаимодействовал с различными подразделениями ГАБТУ, видел их в деле, в том числе в экстремальных ситуациях. Не могу не вспомнить о землетрясении в Армении 7 декабря 1988 года. Это была настоящая катастрофа. Серия подземных толчков в считаные секунды практически уничтожила город Спитак, от стихии пострадали 21 город и 350 сёл, 58 из которых были полностью разрушены. Землетрясение вывело из строя около 40 процентов промышленного потенциала республики. В первые же часы после удара стихии на помощь пострадавшим пришли подразделения Вооружённых Сил и Пограничных войск КГБ СССР. Из состава ГАБТУ было выделено необходимое количество средств для того, чтобы создать всю систему технического обеспечения. Там работали и гражданские специалисты. Но всю организацию эксплуатации техники, снабжения, ремонта взяло на себя ГАБТУ. Была развёрнута армейская ремонтно-восстановительная база, которая восстанавливала технику подразделений и частей Гражданской обороны, предприятий. Большое участие мы принимали в создании временных жилых поселений. Занимались транспортировкой жилых домов, строительных материалов.А начальником управления я стал 16 ноября 1996 года. Это был действительно тяжёлый период. Полностью прекратилось финансирование всех и вся. А в подчинении главка было около 40 предприятий, танковых и автомобильных. Каждое утро я начинал с того, что просматривал отчёты руководителей предприятий о выплате заработной платы рабочим. Была решено, что я, как начальник главка, должен обеспечить где-то до 30 процентов от потребности, всё остальное должны изыскивать руководители предприятий.- Что же помогло выстоять в этой тоже, можно сказать, экстремальной ситуации?- Выражаясь по-современному, корпоративный дух. А попросту говоря, преданность людей своему делу, понимание его важности для страны и готовность, несмотря на все трудности, выполнить задачи. Дело доходило до того, что мы обращались к коллективам предприятий, размещавшихся в сельской местности, с просьбой организовать закупку и заготовку продуктов питания, и эти продукты потом отправляли на предприятия, которые находились в городах. Например, в Санкт-Петербурге. Делали  заготовки и для офицеров управления. Был период, когда от полной безысходности офицеры стали искать возможность заработать хоть какие-то деньги, чтобы прокормить семьи. Было принято решение разрешить офицерам подрабатывать на стороне. Кроме того, мы создавали запасы продовольствия... на базах хранения московских частей. Ну и, конечно же, шёл поиск получения средств за счёт выпуска продукции, не связанной с военной отраслью. Кто-то изготавливал светильники, кто-то оборудование для трамвайных путей, кто-то каркасы автобусных остановок и так далее. Вот таким путём, помогая друг другу, нам и удалось сохранить коллектив управления, а это почти 400 человек, и коллективы предприятий. Может быть, в этом как раз и состоит главная заслуга любого руководителя - в сложной ситуации сохранить коллектив? А ещё в тот период мы не потеряли ни одного завода. Более того, вскоре выпуск продукции начал постепенно увеличиваться. Надо сказать спасибо и начальнику Главного управления военного бюджета и финансирования Министерства обороны генерал-полковнику Василию Васильевичу Воробьёву. У военного ведомства были огромные долги перед предприятиями, и, когда было уже совсем невмоготу, он какие-то деньги давал.Большая работа легла на плечи нашего коллектива, когда в 1990 году  в соответствии с Договором об обычных вооружённых силах в Европе было принято решение о сокращении 10 тысяч танков. От нас потребовали данные о месте расположения каждой части, имеющей более 30 танков. К нам приезжали комиссии из-за рубежа смотреть, как идёт утилизация техники. Потом было принято решение о переброске большого количества машин из европейской части страны за Урал.Немало трудностей выпало на долю коллектива ГАБТУ и в связи с выводом войск из-за рубежа. Технику зачастую выводили на голое место. Центральная база резерва танков была в 120 километрах от Красноярска в тайге. Приходилось порой использовать подручные материалы для того, чтобы машины поставить не в болото, а на сухое место.А потом начались чеченские события. Силами и средствами ГАБТУ были созданы необходимые ремонтные подразделения, развёрнуты сборные пункты повреждённых машин. Ещё до прихода войск вся система технического обеспечения уже была готова. Думаю, первый заместитель министра обороны Аркадий Викторович Бахин, который в то время командовал полком, помнит, как была организована система оказания помощи командирам всех степеней в подготовке техники и личного состава к боевым действиям.В Чечне была создана оперативная группа под руководством министра обороны генерала армии Павла Сергеевича Грачёва. Я отвечал за организацию технического обеспечения. Кроме того, должен был ежедневно докладывать министру прогноз выхода техники из строя и каким образом эта техника будет восстанавливаться.- Интересно, чем вы руководствовались, делая такой прогноз?- О, это целая наука! В академии бронетанковых войск была специальная кафедра, которая занималась разработкой методики прогнозирования. Так что цифры брались не с потолка. Помнится, когда я доложил министру прогноз по выходу техники в Грозном, тот усомнился: мол, такого быть не может. Как потом оказалось, я ошибся ровно на 20 единиц, но в меньшую сторону...Есть ли сейчас у специалистов такие возможности, какие тогда были у меня, не знаю, но доподлинно известно, что всякое направление в военном деле имеет мощную научную основу. И когда мы начинаем игнорировать научные подходы, это обязательно приводит к плачевным результатам.- В то время вам, естественно, приходилось взаимодействовать с Главкоматом Сухопутных войск, где когда-то вы тоже работали. Что можно сказать об уроках этого взаимодействия?- Тогда ГАБТУ и ГРАУ не входили в структуру Сухопутных войск. Но начальники этих главков были членами военного совета, а их первые замы - начальниками соответствующих служб. Была очень широко развёрнута работа военно-технических советов. Все решения по развитию техники принимались ими. Начальники главков входили в состав этих советов. Председателем совета был главком. Совет собирался раз в месяц с участием всех ведущих конструкторов. Разрабатывались программы и планы вооружения. То есть это был коллегиальный орган выработки решения для главкома. Мы никогда не чурались задач, которые перед нами ставил лично главком Сухопутных войск. Достаточно сказать, что в ходе боевых действий в Чечне я, как начальник ГАБТУ, и многие мои подчинённые практически постоянно находились в районе боевых действий. Опыт Афганистана, Чечни и других «горячих точек» убеждает: между главкоматом и главками - ГАБТУ, ГРАУ - не может быть какой-то линии отчуждения, они должны работать, что называется, в одной связке.На мой взгляд, такая форма взаимодействия вполне приемлема и в современных условиях. ГАБТУ управление как структура, участвующая в подготовке войск к решению боевых задач, должно иметь возможность в полной мере выполнять свои функции, действовать по предназначению.И вообще моя позиция как человека, прослужившего в армии 50 лет, занимавшего высшие технические должности в Вооружённых Силах (3 года генерал-полковник Маев был начальником эксплуатации вооружения ВС. - Прим. - Г.М.) такова. Каждый командир, находящийся во главе какой-то военной структуры, на которую возлагается выполнение боевой задачи, должен отвечать за развитие и за подготовку своего формирования к боевому применению. Если этим будет заниматься кто-то другой, то никогда войска должным образом подготовлены не будут. А состояние техники и вооружения, как известно, является основой боевой готовности. Исходя из этого, главком Сухопутных войск, по моему убеждению, должен иметь все полномочия, которые обеспечивали бы ему полное участие в разработке техники и вооружения, их производстве, принятии на вооружение, организации эксплуатации и подготовке к боевому применению. У него должны быть для этого соответствующие структуры, части и подразделения, должностные лица.Особо хотелось бы остановиться на вопросе, касающемся обслуживания и ремонта боевой техники сторонними организациями. Безусловно, промышленность должна участвовать в сопровождении жизненного цикла вооружения и военной техники. Такова мировая практика. И в советское время в каждом военном округе были представители промышленных предприятий со своими структурами. Особенно в период гарантийных сроков они участвовали в проведении различных регламентных работ. Тем не менее, по моему мнению, основанному на личном опыте, каждая воинская часть, соединение должны иметь свои самостоятельные силы и средства для поддержания техники в состоянии боевой готовности в боевых условиях. Это показали и Афганистан, и Чечня, и Южная Осетия. У каждого командира, выполняющего задачу, должны быть свои возможности содержать воинскую часть в состоянии боевой готовности. Без штатных ремонтных средств задачу эту выполнить невозможно. Ремонтно-восстановительная база должна быть очень мобильной, максимально приближенной к войскам и готовой действовать не просто когда-то, а немедленно.- Сергей Александрович, а в те тяжёлые времена, когда вы приняли должность начальника главка, когда вашим специалистам приходилось заниматься техническим обеспечением боевых действий, разработка танков продолжалась?- Разработка танков у нас не останавливалась ни на один день даже при недостатке финансирования. В этой связи Николай Сергеевич Попов, создатель танка Т-80, любил повторять: на пустой желудок мысль работает лучше. Уже к 2000 году конструкторским бюро при Уралвагонзаводе под руководством Валерия Ивановича Поткина была создана модель современной машины, на основе которой идёт дальнейшая разработка основного танка для Российской армии. Была проведена большая работа по совершенствованию ходовой части БТР-80, по замене бензиновых двигателей дизельными. Тогда шла разработка и новой боевой машины пехоты, боевой машины десанта (БМД-4 «Бахча»), разрабатывался бронетранспортёр для десантных войск. Большая работа была проведена по развитию автомобильной техники. В связи с 85-летием Главного автобронетанкового управления Министерства обороны Российской Федерации хотелось бы выразить большую благодарность всем конструкторам, которые занимались и сейчас занимаются разработкой новой бронетанковой и автомобильной техники, сотрудникам ведущих КБ, коллективам оптико-механического завода имени С.А. Зверева, челябинского завода «Элетромашина» и других предприятий, а также сотрудников ГАБТУ Ковалёву Николаю Григорьевичу, Полонскому Владиславу Александровичу, сменившему меня на посту начальника главка, Попову Николаю Борисовичу и всем другим причастным к нашему делу замечательным людям, с которыми в своё время посчастливилось работать.- Будучи руководителем ДОСААФ России, вы также работаете с учётом продолжающейся модернизации техники и вооружения?- К тем задачам, которые ставит перед ДОСААФ Министерство обороны, наши сотрудники относятся с большой ответственностью. Мы ежегодно готовим до 100 тысяч специалистов по 14 военно-учётным специальностям. Это в первую очередь специалисты по эксплуатации автомобильной техники. Конечно же, мы очень чётко отслеживаем все процессы развития техники и вооружения и стараемся действовать с упреждением, то есть готовим специалистов с учётом тех образцов техники, которые ещё находятся в разработке. Наш принцип такой: призывник, прошедший обучение в организации ДОСААФ России, по прибытии в войска должен быть готовым выполнять задачи, связанные с боевой тревогой. Готовим ещё электромехаников для инженерных войск, специалистов для ВВС, для ВМФ. Разумеется, при этом поддерживаем деловые  связи с ГАБТУ и другими заинтересованными в наших специалистах главками Министерства обороны, то есть, можно сказать, вместе работаем на оборону страны.  

Красная Звезда: Сухопутные / 73 д. 12 ч. 12 мин. назад далее

Источник: http://www.bravica.info/ru/society/defense.htm